Архив выпусков

Июль 2017
ПндВтрСрЧтПтСбВс
262728293012
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31123456

Новости

4 июля 2017 года состоялось очередное заседание областного правительства. Слушался вопрос «О реализации государственной политики в...

4 июля 2017 года Ивановскую область с рабочим визитом посетил руководитель Росстата А.Суринов. С главой региона П.Коньковым он обсудил...

С 1 июля 2017 года в Ивановской области действуют новые тарифы на коммунальные услуги. Эта тема обсуждалась 3 июля 2017 года на пресс-...

Главная | 40 (07.10.2014)

Чувствовать жизнь

Даже после девяноста лет старикам хочется быть самостоятельными и не зависеть от родственников. А нужна ли эта принципиальность?
Е. Ивина

С крутых ступеней продовольственного магазина, надрывно дыша, спускается старушка. В сумке у нее, как мне видится на первый взгляд, продуктов немного - «худые» бока сумки наглядно это показывают. Но она несет ее так, будто в руках 50-килограммовый мешок картофеля. Не помочь ей было бы преступлением.

Неожиданное приглашение

Валентина Ильинична Сатина - 91-летняя старушка, которая в своем почтенном возрасте еще в силах пару раз в неделю ходить в магазин за продуктами и иногда выбираться на прием к врачу-терапевту, так как давление и сердце с некоторых пор стали «шалить». Валентина Ильинична сейчас живет одна, не признает опеку близких людей, считая себя даже в 90 лет самостоятельным и достаточно мобильным человеком, несмотря на сахарный диабет, катаракту, варикоз и одышку.

Добравшись до дома, она меня позвала на чай, сославшись на тягостное одиночество. В сумке, как я и предполагала, оказалось совсем немного продуктов: 100 граммов карамели, 3 котлеты, баранки и полбуханки хлеба, пакетик кошачьего корма. «Вы не подумайте, что это от недостатка денег я так мало купила, просто больше не донесу. Ко мне частенько забегает сын, который приносит основные продукты. Вот только беда в том, что готовить я уже почти не могу, иногда соберусь, сварю суп, например, а есть его не хочется. Стоит в холодильнике, киснет. Даже кота моего уговорить не могу его попробовать, ведь разбаловала я его на импортных кормах-то.

Валентина Ильинична Сатина сейчас живет одна, не признает опеку близких людей, считая себя даже в 90 лет самостоятельным и достаточно мобильным человеком

Невестки (их у меня две) тоже не хотят ходить, у них у обеих свои матери есть, а свекровь - не мама. Вот и перебиваюсь я баранками и карамельками. Несмотря на мой вес, есть не хочется. Это, наверное, уже от старости», - говорит Валентина Сатина.

Вся жизнь - труд

Раньше Валентина Ильинична жила в большом частном доме, было свое хозяйство: курицы, гуси, зайцы. С покойным мужем всю жизнь вместе тянули дом и животинку, ведь и время-то было тяжелое: голодное, послевоенное, дефицит, разруха перестройки. Без своего хозяйства было бы непросто, тем более, всегда помогали и двоим сыновьям, и одной доченьке. Никого не обделяли, старались по справедливости жить.

«Самим-то ведь в войну и голодно, и холодно пришлось, все пережили. Муж-танкист в 1944 году тяжело ранен был. По госпиталям потом всю оставшуюся жизнь мотался, не давали покоя ему осколки, оставшиеся в боку», - вспоминает Валентина Ильинична. Несмотря на это, супруги Сатины вместе выдюжили и бревенчатый дом, и хозяйство, и троих детей, а потом и внуков. Закалка военных лет до сих пор не дает ни унывать, ни опускать руки. И болезни старческие хоть и ослабляют организм, но все-таки он не сдается.

«Не то что молодые сейчас, все хворые какие-то, - говорит Сатина. – Доченька наша младшая и замуж вышла, и детей двоих родила. Все у них в семье было хорошо: муж военный, зарплата достойная, дети обихожены. Но заболела она серьезно, опухоль у нее нашли. И как только нашли, муж сразу испугался, сбежал, короче говоря. И дочка Наташенька потом быстро угасла, оставив нам с отцом внучек. Вырастили и их, как прежде детей растили, несмотря на свой тогда уже немолодой возраст. Внучки, как школу окончили, уехали обе в Петербург учиться, так там и остались, сейчас замужем уже обе.

Дед мой только до 80 лет и прожил, сильно он горевал, когда дочку схоронили, любимицей она у него была, да ранение то застарелое болезни дополнительные приносило. Через столько лет мы войну все равно забыть не могли. Вечное напоминание про сороковые. Умер он от инсульта.

После его смерти держать наше хозяйство не смогла, перевела все, только курочек пять штук оставила, чтобы яички свеженькие были», - рассказывает Валентина Ильинична.

Смена места жительства

Остались у Валентины Ильиничны только сыновья. Но один сын вечно в командировках пропадает, дальнобойщик. А вот другой, младший, заходит, продуктовым разнообразием балует старушку. Иногда приготовит еду и приберется в доме. Но зависеть от кого-то Сатина не привыкла. От нее самой всю жизнь кто-то зависел: сначала дети, потом внуки – навязываться другим людям, пусть даже и родным, у нее не хватает совести.

«Лет пять назад сын предложил поменять мой большой дом на однокомнатную квартиру. «Все легче тебе, мать, будет. И туалет дома, и баню топить не надо, и соседи за стенкой есть», - сказал он тогда. Тем более, что переезжать к сыну я ни за что не хотела. Невестка в недвижимости работала. Все квартирные дела она знала прекрасно. Еще программу тогдашний Президент Д. Медведев объявил о переселении ветеранов в благоустроенные хорошие квартиры. Похлопотала невестка в недвижимости, мой дом продали, а мне вот эту квартирку через военкомат бесплатно «выходили». Перевезли меня сюда, здесь уже и ремонт, и пластиковые окна были. Мебели у меня в доме было много, большая часть пошла на помойку, а некоторые вещи перевезли сюда.

Деньги за продажу дома сын с невесткой забрали. Видимо, поэтому он теперь ко мне и бегает. Другому сыну, который по командировкам ездит, ничего от родительского дома не досталось. Обделенный он у меня, но он самостоятельный и трудолюбивый, к чему мы его всегда с отцом приучали. Обижаться здесь на младшего не нужно, в той семье всем невестка верховодит, которая и дом мой продала. Сын ей поперек и не скажет ничего. Такая уж жена ему досталась.

«Кто меня слушать-то будет?»

Детям старшего сына я помогаю, благо, пенсия у меня позволяет. Вот хоть так оправдываюсь потихоньку и извиняюсь перед их отцом. Но чувствую, обида на меня есть, и большая обида. А что я, старая, могу сделать поперек младшего сына? Мне 91 год, кто меня слушать-то будет? Со мной разговор короткий: «Ты старая, тебе уже ничего не надо. Мы сами знаем».     

Нет, я сейчас не жалуюсь на свою судьбу, даже о продаже дома, в котором мы с мужем столько лет прожили, я не жалею. Тяжело бы было мне в доме, пусть и с водой, и с газом. Но частный дом – это как отдельное хозяйство, ему ежедневная забота нужна, на которую у меня уже нет сил. А здесь одна комната, кухня, теплые ванная комната и туалет. «Скорая помощь», если что, доберется без проблем. Не то что по бездорожью частного сектора.

Что еще мне нужно, чтобы остаток жизни прожить? Хочется еще, конечно, чтобы вся моя семья была в сборе – и оба сына, и их дети, и внучки, –  но это, я понимаю, мечта неосуществимая, ведь слишком много преград. И расстояние, и непонимание, и этот проданный дом, я чувствую, сыновьям покоя не дает. Но  помирить их я не могу. Как раньше сказать: «Слушайте мать, я жизнь прожила, я знаю!» - я теперь не в силах. Мои дети уже сами внуков имеют. Я им не авторитет».

Так за разговорами был выпит чай. Магазинные баранки и карамель оказались на удивление свежими. «Это потому, что для моих трех зубов черствая баранка оказалась бы последней, - объясняет Валентина Ильинична, - я прошу продавцов давать мне только свежие. Они меня знают, пока не обманывали».

Вышла я от Валентины Ильиничны с тяжелым сердцем. Сколько у нас стариков, которые при всей своей немощи даже после 90 лет принципиально не хотят зависеть от детей. Что этому причиной? Старческие капризы, гордыня, ускользающий ум? Для чего сидеть в одиночестве, обижаясь на свою семью, на своих детей, ближе которых все равно никого нет? И кроме них помочь больше некому. А поддержка нужна, причем ежедневная.

Таких стариков мне искренне жаль: они и самостоятельно жить не в силах, и помощь принимать гордость не позволяет. Вот и мучаются, в первую очередь, они сами. Вспоминая себя молодыми и сильными, они и сейчас представляют себя такими же, а возможности уже совсем не те. И за это они обижены на весь мир, а больше всего на своих молодых детей и внуков. А так быть не должно.

Наши рубрики

Нас посещают

Яндекс.Метрика

Консультант

Морепродукты